Хортица

Эланна (Анна Стар)



Мерно шумят колеса автобуса. За окном мелькают самые обычные пейзажи, самой обычной Запорожской области. Ну, чего, спрашивается, особенного? Городки как городки, деревни как деревни, люди... Да, почитай, люди от места к месту тоже не особенно меняются. Совсем не меняютя, я бы сказала.
Гид Евгениевна, упоенно захлебываясь воздухом, рассказывает о местах казацкой славы. Слушаю ее краем уха. Краем левого уха. В правом — наушник. В наушнике — Айрэ поет о том, как "Одинок Фэанаро сын".
По правде, не многого ожидала от поездки. Что, спрашивается, может быть хорошего в изувеченной человеческой деятельностью природе? Да, и вообще... сейчас многие исторические факты принято переоценивать. Тренд такой.
В очередной раз бросаю скучающий взгляд на дорогу и... дыхание перехватывает. Встаю коленками на кресло, вытягиваюсь во весь рост. Впрочем, не у одной меня такая реакция.
— Добро пожаловать! На Хортицу! — удовлетворенная, завершает Евгениевна.

Хортица... Вотчина запорожских казаков. Почему запорожских? Так за порогами ведь располагался остров-крепость. За ними родимыми.
Мощные, смертоносные, громкие... У каждого из них был свой характер, с каждым из них нужно было уметь "договориться". Лишь опытные казаки могли провести свои чайки* по этому непростому участку реки. На множестве островков (около шестидесяти), находящихся на подходе к порогам, располагались целые поселения лоцманов — знающих, тех, кто всю свою жизнь посвятил изучению этого чуда природы.
И то было поистине чудо!
Всего их насчитывалось девять: Кодацкий, Сурский, Лоханский, Звонецкий, Ненасытецкий, Вовнигский, Будильский, Лишний и Вольный. Созданные выходом на поверхность гранитного щита, пороги творили уникальную экосистему. Влажность сопутствовала богатой флоре и фауне. Сами же они напоминали гряду каскадных водопадов, над которыми всегда искрилось множество радуг.
Удивительный сад... но смертельная опасность для тех, кто осмелится пройти по реке дальше, к Черному морю. А ведь именно здесь пролегал знаменитый путь "из варяг в греки".
Этнограф Дмитрий Яворницкий писал:
"Старые люди говорят, что для лоцмана пороги сами по себе не страшны: хороший лоцман знает все пороги, как свой собственный карман, он знает и все ряды каждого порога, и все скалы возле него, и все ходы между скалами. Для лоцманов страшнее то, что сидит в воде каждого порога, т.е. черти: в каждом пороге сидит свой черт и делает свою работу".
В 30-е годы прошлого века всему этому пришел конец. Пороги были затоплены при постройке Днепрогэс.

Где-то там, под толщей воды они спят до сих пор. А с нимы ушел и Великий Луг, унося с собой неразгаданные казацкие тайны.

Сама Хортица сейчас, как и в годы казацкой славы, не пустует. Здесь устроен заповедник, гостеприимно открывающий двери, точнее, ворота, любителям исторической реконструкции.
Здесь можно узнать о быте казаков и устройстве их повседневной жизни, увидеть аутентичные вещицы (те, что успели откопать до затопления Великого Луга). Только вот не стоит забывать, что самой Сечи никогда здесь и в помине не было.

Хортица, какую мы знаем сейчас, всегда была слишком обширна. Удивительно, но на острове гармонично сочетаются несколько климатических зон! Казаки использовали его для совещаний, прятали сокровища. Найдено множество свидетельств о сакральных местах, которые вам охотно покажут местные... если сочтут нужным.

Сама же крепость располагалась на соседнем, весьма неприглядом, островке Малая Хортица. Это действительно имеет смысл и не вызывает сомнений у любого, кто задумается о стратегической выгодности такого положения. "Теснота" была несомненным преимуществом. Ведь, по сути, это не Запорожская Сечь находилась на острове — сам остров и был Сечью!
Крепость на острове ещё можно взять штурмом. А штурмовать остров? Тоже можно, конечно, но намного сложнее. Тут преимущество у тех, кто, в буквальном смысле, "твердо стоит на земле" — защитников-казаков.
Что-что, а уж "твердо стоять на своей земле", стоять до последнего, они могли и умели.